Разделы библиотеки

Авторизация






Забыли пароль?
Эйнштейн. От физики к философии Версия в формате PDF Отправить на e-mail
Альберт Эйнштейн признан одним из величайших ученых ХХ века. Однако его научная слава почти затмила другую его ипостась — философа, человека, сумевшего в свое суровое время не поддаться модным или безопасным политическим пристрастиям, остаться верным собственному видению справедливости, поиску божественной красоты мира. ***
Эйнштейн родился 14 марта 1879 года в небольшом городке Ульм на юге Германии. Вскоре вся семья переехала в Мюнхен, где проходит детство и отрочество Эйнштейна. Из воспоминаний его близких известно, что он был молчаливым, спокойным мальчиком, который редко принимал участие в активных играх. Родители даже беспокоились, что ребенок медленно развивается. Когда Эйнштейну было три года, отец подарил ему компас. Это событие, как выражался сам Эйнштейн, запомнилось ему надолго — он понял, что за вещами должно быть что-то еще, глубокое и скрытое. В 12 лет произошел еще один интересный эпизод: ему в руки попала книга по евклидовой геометрии. Это произвело на него настолько сильное впечатление, что позже он говорил: «Тот не рожден для теоретических исследований, кто в юности не ощущал восторга от чтения и знакомства с геометрией».
Учился он не на отлично, но математика и латынь были его любимыми предметами и по ним у него были высокие оценки.
Его всегда волновали главные и наиболее трудные вопросы. Сначала это были проблемы физического пространства и времени: ему еще со школьных лет не давало покоя то чувство неудовлетворенности, которое неизбежно возникает, если пытаться с позиций классической ньютоновской физики ответить на вопрос, что увидит человек, движущийся быстрее света. Парадоксальное, на первый взгляд, их разрешение и породило позже революционную теорию относительности.



***
После окончания Цюрихского политехникума Эйнштейн хотел остаться в науке. Но, к его огорчению, этого не случилось. Преподавателям не нравилась его независимость и пренебрежение к авторитетам. Год после окончания университета оказался очень тяжелым — он прошел в безуспешных попытках найти работу. В 1902 году, спустя два года, отец студенческого друга М. Гроссмана нашел для Эйнштейна место в патентном бюро швейцарского Берна.

 

Эйнштейн женится, у него появляются дети, но все свое свободное время он отдает физике, которая была его страстью. И занятиям философского кружка «Олимпия», который он организовал вместе со своими друзьями. В нем изучались работы Маха, Юма, Спинозы, Авенариуса, Пуанкаре. Эйнштейна начинают волновать проблемы научного творчества. Гораздо позже, в 1918 году, он напишет статью «Мотивы научного исследования», в которой утверждалось: «...высшим долгом физиков является поиск тех обобщающих элементарных законов, из которых путем чистой дедукции можно получить картину мира. К этим законам ведет не логический путь, а только основанная на проникновении в суть опыта интуиция».
Осознавая, что интуиция разных людей может давать разные результаты, он продолжал: «...история показала, что из всех мыслимых построений в данный момент только одно оказывается преобладающим. Никто из тех, кто действительно углубляется в предмет, не станет отрицать, что теоретическая система практически однозначно определяется миром наблюдений, хотя никакой логический путь не ведет от наблюдений к основным принципам теории. В этом суть того, что Лейбниц называл „предустановленной гармонией“. Именно в недостаточном учете этого обстоятельства серьезно упрекают физики некоторых из тех, кто занимается теорией познания».



* * *
1905 год вошел в историю физики под названием «Annus mirabilis» (лат. «Год чудес») — в этом году никому не известный клерк патентного бюро в Швейцарии опубликовал пять научных статей, три из которых совершили настоящую революцию в физике:
1.    «К электродинамике движущихся тел» — с этой статьи начинается теория относительности.
2.    «Об одной эвристической точке зрения, касающейся возникновения и превращения света» — это одна из работ, заложивших фундамент квантовой механики.
3.    «О движении взвешенных в покоящейся жидкости частиц, требуемом молекулярно-кинетической теорией теплоты» — работа, посвященная броуновскому движению и существенно продвинувшая статистическую физику.
Многие историки ломают голову над тем, как 26-летний человек, у которого не было руководителя, вдалеке от физических школ и научных центров смог осуществить то, что не смогли сделать многие другие.
Но прошло еще некоторое время, прежде чем его заметило научное сообщество. Только в 1909 году Эйнштейн получил должность экстраординарного профессора в Цюрихе, а в 1911 году возглавил кафедру физики в Немецком университете в Праге. Спустя два года он стал директором института физических исследований в Берлине и превратился в известную фигуру в научных кругах Германии.
А через год началась мировая война. В Германии публикуется манифест «К культурному миру», в котором германский милитаризм объявляется спасителем немецкой культуры и говорится, что мир должен принять принципы «истинно германского духа». Под манифестом ставят подписи 93 известнейших деятеля культуры Германии, в том числе ученые В. Рентген, М. Планк, В. Оствальд, В. Нернст и другие. Но не Эйнштейн: он говорит, что любит немецкий народ, но ненавидит войну.
Более того, в противовес этому манифесту он вместе с физиком Ферстером и биологом Николаи подписывает «Воззвание к европейцам», в котором призывает интеллигенцию Европы приложить все силы для прекращения войны. Их было всего трое, рискнувших поднять свои голоса против военной истерии. А в письме Ромену Роллану Эйнштейн напишет: «Поблагодарят ли будущие поколения нашу Европу, в которой три столетия самой напряженной культурной работы привели лишь к тому, что религиозное безумие сменилось безумием националистическим? Даже ученые разных стран ведут себя так, словно у них ампутировали мозги».

***
Начало 30-х годов ХХ в. Позади — работы по фотоэффекту, теории относительности, квантовой теории теплоты, разрешившие противоречия между экспериментальными фактами и классической научной картиной мира. Эти работы принесли ему мировую известность и Нобелевскую премию и заложили основу новой неклассической физики. Но теперь Эйнштейна волнуют вопросы, выходящие далеко за рамки науки. В 1932 г. он пишет маленькую статью, называемую «Мое кредо», где так определяет свое отношение к миру: «Я никогда не стремился к благополучию или роскоши и даже в какой-то мере испытываю к ним презрение. Мое стремление к социальной справедливости, так же как и мое отрицательное отношение ко всяким связям и зависимостям, которые я не считаю абсолютно необходимыми, часто вынуждали меня вступать в конфликт с людьми».


Это были не пустые слова. Подтверждение им мы видим и в его решении покинуть гитлеровскую Германию, и в его выступлениях по вопросам атомного оружия, войны и мира, политического устройства.
Стремление к справедливости видно и в его отношениях со своими сотрудниками или даже с вовсе незнакомыми людьми: его биографы вспоминают, что Эйнштейн очень не любил позировать для официальных портретов, но, если художник говорил, что, продав его портрет, он получит средства к существованию, готов был часами сидеть неподвижно. Так же родилась и прекрасная научно-популярная книга «Эволюция физики», написанная им в соавторстве с польским физиком Л. Инфельдом. Она практически не содержит формул и посвящена описанию основных идей, рожденных наукой начиная со времен Галилея до эпохи квантов. А история книги такова: у Инфельда закончился контракт с институтом, в котором он работал вместе с Эйнштейном, а возвратиться в Польшу, где шла война, он не мог. На гонорар от издания «Эволюции физики» Инфельд мог остаться в Принстоне и продолжить работу.

***
Волею судьбы противнику войны и всяческого насилия А. Эйнштейну выпала роль спускового крючка в гонке атомного вооружения. Проанализировав ситуацию в Европе в начале Второй мировой войны (открытие деления урана, засекречивание работ по ядерной физике, оккупация Германией Чехословакии, имеющей залежи урановых руд, и т. п.), многие ученые пришли к выводу, что Германия приступила к созданию атомной бомбы. По просьбе научной общественности Эйнштейн обращается с письмом к президенту Рузвельту с предложением начать аналогичные работы в Соединенных Штатах. Это письмо сыграло свою роль: несмотря на то, что работы в Германии были прекращены, в США атомные бомбы были сделаны и применены при бомбардировке Хиросимы и Нагасаки. Это потрясло Эйнштейна. Он до конца дней считал себя виновным в этом, хотя непосредственного участия в создании бомб не принимал.
Все свои силы он положил на то, чтобы прекратить гонку вооружений. Он пишет письма, выступает публично с предложениями о создании авторитетной международной организации, способной обеспечить прочный мир, организует фонд, задачей которого является разъяснение необходимости «думать по-новому, если человечество хочет жить и прогрессировать».



***
1953 год, разгул маккартизма. А. Эйнштейн получает письмо от школьного учителя, в котором тот просит совета: он был вызван в суд, на котором должен был давать показания о своих политических связях. Автор письма отказался это сделать, за что был уволен с работы. Эйнштейн отвечает: «Проблема, с которой столкнулась интеллигенция в этой стране, очень серьезна. Реакционные политики сеют среди народа подозрение к людям умственного труда. Они, эти политики, преуспевают в подавлении свободы преподавания и лишают работы непокорных, обрекая их на голод. Что должны делать работники интеллигентного труда перед лицом этого зла? Говоря откровенно, я вижу только один путь — несотрудничества... Каждый, кто будет вызван в комиссию, должен быть готов к тюрьме и нищете, то есть, коротко говоря, к пожертвованию своим личным благополучием в интересах всей страны... Постыдным было бы подчинение этой инквизиции. Если достаточное число людей будет готово к этому шагу, он увенчается успехом. Если нет, тогда интеллигенция этой страны не заслуживает ничего лучшего, чем рабство».



***
А. Эйнштейн родился и вырос в семье, не отличавшейся религиозностью. В начальной школе в Германии, согласно законам этой страны, он был обязан получить религиозное образование. Основам иудаизма 11-летнего Альберта обучал его дальний родственник, результатом чего был период страстного увлечения религией, который закончился так же внезапно, как и начался.
Однако занятия наукой и философией привели его к совсем иному и более широкому пониманию религии. В статье «Мое кредо» он пишет: «Самое прекрасное и глубокое переживание, выпадающее на долю человека, — это ощущение таинственности. Оно лежит в основе религии и всех наиболее глубоких тенденций в искусстве и науке. Тот, кто не испытал этого ощущения, кажется мне если не мертвецом, то во всяком случае слепцом. Способность воспринимать то непостижимое для нашего разума, что скрыто под непосредственными переживаниями, чья красота и совершенство доходят до нас лишь в виде косвенного слабого отзвука, — это и есть религиозность. В этом смысле я религиозен».


К вопросу о роли религии в жизни человека и в научном исследовании он обращается в статье «Религия и наука» (1930). В ней он говорит о трех типах религии — о религии страха, свойственной первобытному обществу, религии моральной, атрибутом которой является антропоморфное божество, — примером ее стало христианство. Но есть еще и космическое религиозное чувство, не ведающее ни догм, ни бога, «сотворенного по образу и подобию человека».
«Индивидуум ощущает ничтожность человеческих желаний и целей, с одной стороны, и возвышенность и чудесный порядок, проявляющийся в природе и в мире идей, — с другой. Он начинает рассматривать свое существование как своего рода тюремное заключение и лишь всю Вселенную в целом воспринимает как нечто единое и осмысленное...»
Это чувство является основой научного творчества: «Космическое религиозное чувство является сильнейшей и благороднейшей из пружин научного исследования. Только те, кто сможет по достоинству оценить чудовищные усилия и, кроме того, самоотверженность, без которых не могла бы появиться ни одна научная работа, открывающая новые пути, сумеют понять, каким сильным должно быть это чувство, способное само по себе вызвать к жизни работу, столь далекую от обычной практической жизни».

* * *
А. Эйнштейн считал, что «в наше время физик вынужден заниматься философскими проблемами в гораздо большей степени, чем это приходилось делать физикам предыдущих поколений. К этому физиков вынуждают трудности их собственной науки» («Замечания о теории познания Бертрана Рассела»).

Нильс Бор и А. Эйнштейн

Нильс Бор и А. Эйнштейн


Размышления над проблемами теоретической физики приводят его к ряду заключений о свойствах окружающего мира:
•     «природа представляет собой реализацию простейших математически мыслимых элементов» («О методе теоретической физики»).
•    «существует иная, более тонкая причина, играющая не меньшую роль, а именно — стремление к единству и простоте предпосылок теории» («Об обобщённой теории тяготения»).
•     «вера в существование внешнего мира, независимого от воспринимающего субъекта, лежит в основе всего естествознания» («Влияние Максвелла на развитие представлений о физической реальности»).
Эти выводы, подчас кажущиеся парадоксальными, возвращают нас к представлениям о единстве мира, о математических законах его устройства, о существовании невидимых причин и движущих сил. Это ставит А. Эйнштейна в один ряд с мудрецами и философами разных эпох.

Автор: Алексей Чуличков
(Источник: журнал "Человек без границ", http://bez-granic.ru/)
 
< Пред.   След. >
ALEXANDRIA © 2017